«Закон Чубайса»: амнистия для олигархов 90-х или похоронный звон по справедливости?
Певица и общественный деятель Виктория Цыганова резко отреагировала на одобрение Госдумой в первом чтении так называемого «закона Чубайса» — нормативного акта, который фактически закрепляет за нынешними владельцами всё имущество, выведенное из государственной собственности в 1990-е годы.
«Суть проста: через 10 лет после выбытия имущества из госсобственности любые иски о его возврате будут автоматически отклоняться. То есть всё, что было "уведено" в лихие 90-е, окончательно закрепляется за нынешними владельцами», — подчеркнула она.
Официально закон позиционируется как «сигнал бизнесу о неприкосновенности собственности». Но, по мнению Цыгановой, на деле это юридическое прикрытие для легализации крупнейшего в истории России рейдерского захвата, когда за бесценок были распроданы заводы, шахты, нефтяные компании и банки, принадлежавшие народу.
Она напомнила, что даже среди депутатов нет единодушия:
«Даже депутаты шокированы такой наглостью. Вот как прокомментировал закон Николай Коломейцев из КПРФ:“Спасибо за просвещение в части истории. Но мы много другого знаем — мы знаем про неозвученный доклад Степашина по итогам приватизации. Мы знаем истории с залоговыми аукционами. И самое главное — мы знаем, что несколько бывших министров госимущества и вице-премьеров, непосредственно управлявших разорением России, уехали, а сегодня вывезенные средства используются (в условиях конфликта с Западом) против России. Как с этим быть? Складывается впечатление, что вы именно этих жуликов, которые убежали, хотите увести от ответственности хотя бы заочно”».
Цыганова выражает сомнение в обещаниях властей, что закон «не коснётся коррупционных дел»:
«Но верится с трудом… Сегодня приватизацию объявят “законной”, а завтра придумают схему: проворовался, отсиделся за границей 10 лет — и вернулся “чистеньким”».
Если вдуматься, становится понятно: подобные решения не только ставят точку в вопросе реституции народного достояния, но и подрывают моральный фундамент государства. Когда грабёж масштаба девяностых получает юридическую санкцию спустя десятилетия, это посылает обществу ясный сигнал о том, что награбленное когда-то едва ли будет возвращено государству.
Это уже выглядит не как защита бизнес-собственности, а скорее как защита тех, кто эту собственность украл, пока люди находились в шоковом состоянии от развала СССР, окончания спокойной и стабильной жизни и пытались выживать кто как мог.
И тогда возникает горький вопрос: если даже сейчас, в условиях особой экономической и геополитической ситуации, Россия отказывается пересматривать результаты приватизации — когда же настанет время этой самой правды?
Или она уже просто-напросто никому не интересна? Ситуация выглядит так, будто бы определённому кругу лиц интересна лишь стабильность и безопасность для тех, кто её себе обеспечил в лихие девяностые за чужой счёт.
Комментариев нет:
Отправить комментарий