Поиск по этому блогу

Klark651

Loading...

четверг, 11 июня 2015 г.

Как ПАРТО-КРАТИЯ сменилась на ДОКСА-КРАТИЮ.

Что мы празднуем 12 июня: развал СССР? Спасение России?

Новость на Newsland: Что мы празднуем 12 июня: развал СССР? Спасение России?Наcтупают выходные, в которые нам предстоит отпраздновать День России. На этот раз дата — 12 июня — будет особой, юбилейной. В честь нее уже 10 июня был установлен национальный рекорд: на Поклонной горе развернули самый большой триколор в истории страны: его площадь 2100 квадратных метров, длина — 40 метров, а вес 120 килограммов. Для того чтобы флаг занял свое место, потребовались усилия 300 курсантов МЧС.
Праздник учрежден в честь принятия Декларации о государственном суверенитете РСФСР, а произошло это ровно 25 лет назад.

Кстати, о том, что мы празднуем в этот день, знают далеко не все россияне. Согласно опросу, проведенному на сайте «МК», по 6% респондентов думают, что мы отмечаем День Конституции или всемирный день прав и свобод. 30% опрошенных полагают, что это День независимости России. Отчасти они правы: так этот праздник называли в 1990-е. И только половина знает правильное название — День России.
А вот настоящим праздником этот день считают менее половины россиян. По данным фонда «Общественное мнение» (ФОМ), его хоть как-то отмечают всего 42% наших сограждан. Впрочем, по сравнению с прошлыми годами, когда 12 июня называли праздником менее 30% россиян, и это прорыв. По мнению главы ФОМ Александра Ослона, обострение внимания к этому празднику связано с патриотическим порывом, возникшим после присоединения Крыма и Севастополя к России.
Но праздник праздником, а копья вокруг Декларации о государственном суверенитете Российской Федерации, в честь которой мы его и отмечаем, ломаются до сих пор. Бытует мнение, что если бы съезд российских депутатов ее не принял, то и Советский Союз не распался бы. Так ли это? Мы спросили об этом у участников того исторического съезда народных депутатов РСФСР, на котором был принят документ. Как и зачем они принимали декларацию о суверенитете России?
— Как вы оцениваете версию о том, что если бы съезд народных депутатов РСФСР не принял декларацию о суверенитете России, то не последовало бы и распада СССР?
Иван РЫБКИН, спикер Госдумы первого созыва, бывший председатель Совета безопасности России, в июне 1990-го года — народный депутат РСФСР:
— История не терпит сослагательного наклонения. Мы понимали, что существуют риски, но тем не менее за декларацию депутаты проголосовали практически единогласно. Однако один из ее пунктов — пятый — был вынесен на отдельное голосование. В нем говорилось о приоритете законов РСФСР над союзными законами. Против этого пункта проголосовали многие, в том числе и я, но не большинство.
Почему встал вопрос о необходимости принятия декларации. К тому времени мы видели, что интересы русских регионов в СССР представлены в самую последнюю очередь. Я на съезде представлял Волгоградскую область, и когда шел на выборы, в моей программе было написано, что Россия должна перестать быть спонсором для тех, кто не хочет перестраиваться. Когда верстались бюджеты, то становилось видно, что республики Средней Азии обеспечивают себя едва ли на седьмую часть. Грузия производила 2% союзного ВВП, а потребляла 5%. То есть жила в 2,5 раза лучше, чем работала. И эти республики не хотели ничего менять. А в России было все наоборот: она работала много, а получало мало, потому что она платила за всех остальных. Она хотела перестройки, но не могла развиваться потому, что латала дыры в бюджетах союзных республик, которые не желали перестраиваться. И граждан России это возмущало.
Планировалось, что съезд пройдет за день, а он продолжался целый месяц. Начали рождаться фракции. Александр Руцкой с Владимиром Шумейко пытались создать фракцию «Коммунисты России», я был против создания отдельной российской компартии, потому что опасался раскола среди коммунистов, а Борис Ельцин и вовсе заявил о выходе из компартии. Все мы были разными, но в вопросе о суверенитете России оказались солидарны.
Шла борьба за темпы реформ. Большинство российских депутатов начинали понимать, что Горбачев отстает от жизни, а Ельцин олицетворял радикальный, стремительный подход к реформам. Мы думали, что если РСФСР станет более независимой и суверенной республикой, а Ельцин получит реальную власть, то мы увидим быстрые позитивные изменения. Я, кстати, понимал и Горбачева, хотя был исполнен симпатией к команде реформаторов. Я соглашался с мнением Михаила Сергеевича о том, что преобразования не нужно производить в режиме кавалерийской атаки. Но соглашался и с мнением Ельцина о том, что тянуть с реформами нельзя.
Те, кто говорит, что СССР распался из-за принятия нами декларации о суверенитете России, отчасти правы. Советского Союза не стало в том числе и из-за этого законодательного акта. Россией был подан пример, который решительно подхватили все республики СССР, начав принимать свои декларации и становясь все более самостоятельными и независимыми от центральной власти СССР.
Сергей БАБУРИН, лидер Российского общенационального союза, заслуженный деятель науки РФ, в 1990 году — народный депутат РСФСР:
— Декларацией о государственном суверенитете 1990 года прикрывают свои грехи реальные разрушители Советского Союза. Как из команды Горбачева, так и из команды Ельцина. Они обычно ссылаются на пункт №5 — о верховенстве российских законов над союзными. Но они читают этот пункт предвзято. На самом деле там идет ссылка на союзный договор, который тогда готовился. Буквально: «Разногласия между Республикой и Союзом решаются в порядке, установленном Союзным Договором». Более того, по вопросам, которые решаются на союзном уровне (это оборона, международные отношения и так далее), никакого приоритета российских законов не предполагалось.
Декларация должна была сохранить, а не разрушить СССР.
В декларации четко говорится о том, что мы строим правовое российское государство в рамках Союза ССР. Существование союза не только не отрицалось, оно было требованием декларации о суверенитете России. Это требование до сих пор не выполнено, поскольку Союзный договор подписан не был. Но это вовсе не вина документа, принятого 12 июня 1990 года.
Я был противником разрушения СССР, но вовсе не декларации о суверенитете России, которая отражала чаяния практически 100% населения РСФСР. Я, кстати, входил в группу ее подготовки. Декларация была принята практически единогласно, хотя ее формулировки — продукт жутких компромиссов разных политических сил, работающих на съезде. Устно против нее не выступил ни один человек, а несколько делегатов, проголосовавших против, потом сказали, что сделали это по ошибке. И я напомню, что декларация стала ответом на аналогичные декларации стран Прибалтики и Закавказья. Это была попытка показать, что Россия не позволит сделать себя республикой второго сорта, мальчиком для битья, с одной стороны, но с другой — она стоит за сохранение Союза.
Я поддерживал эту декларацию, как дорожную карту к сохранению СССР, а вот в 1991 году мне пришлось оказаться чуть ли не единственным депутатом, который выступил против Беловежских соглашений. Я доказывал, что они прямо противоречат декларации о государственном суверенитете России.
— Как вы оцените другой тезис: не будь этой декларации, то вместе с СССР распалась бы и Россия...
Иван РЫБКИН:
— Буквально накануне нашего съезда Верховный совет СССР и Михаил Сергеевич Горбачев уравняли статусы союзных и автономных республик. Работая над союзным договором, они почувствовали, что теряют поддержку союзных республик, и пригласили к столу переговоров автономные республики, чтобы вернуть себе большинство. В РСФСР таких автономий было более двадцати.
Когда мы принимали декларацию о суверенитете России, то прописали в ней очень важный восьмой пункт о том, что территория РСФСР не может быть изменена без волеизъявления всего ее народа, выраженного путем референдума. Позже 22 российских автономии — от Татарстана до Еврейской автономной области — объявили о своем суверенитете, но уйти из России они уже не могли благодаря этому пункту декларации о суверенитете России, за который на съезде проголосовали и депутаты от этих республик.
Отчасти правда и то, что декларация погубила СССР, и то, что она спасла Россию.
Россия стала пятой республикой СССР, которая приняла декларацию о суверенитете. До этого их приняли три республики Прибалтики и Азербайджан, чтобы удержать Карабах. Но уходить из СССР они тогда еще не собирались. Как мне говорил Альгирдас Бразаускас, ставший в 1993 году президентом Литвы, ими декларации принимались для того, чтобы получить экономическую свободу в составе союзного государства. Но эти республики ее тогда не получили — Союз не дал. А когда Россия взяла такую свободу сама — все остальные республики СССР последовали ее примеру.
Горбачев, к сожалению, не успевал за переменами. И не только он — мы все не успевали. Мало кто помнит, что перестройку начал не он, а еще Андропов. Возглавив государство, он позвал к себе трех человек: Владимира Долгих, Николая Рыжкова и Михаил Горбачева. И сказал: «Вы же видите, куда катится страна. Она нуждается в решительной перестройке всех сторон жизни. Берите лучшие умы и разрабатывайте концепцию перестройки страны». Что они и сделали, но начали слишком поздно, а события развивались уже сами, и слишком стремительно.
Сергей БАБУРИН:
— В декларации был пункт, поддерживающий решение Горбачева дать суверенитет автономным республикам. Мне удалось лечь костьми, но этот пункт снять. А вместо этого появилась норма о неизменности границ России без референдума. Она была призвана обеспечить территориальную целостность РСФСР и выполнила эту задачу. В результате тяжелейшего компромисса между коммунистами и демократической России мы приняли декларацию с этим пунктом.
— Вы считаете день 12 июня праздником?
Сергей БАБУРИН:
— Большей глупости, чем называть этот день Днем независимости, представить невозможно. Я убежден, что День России должен быть не 12 июня, когда был принят один из многих рядовых документов, а 9 мая, когда речь идет об общенациональном триумфе. Праздновать каждую декларацию, каждый документ смешно. Нам даровали дополнительный выходной, это не плохо. Но это — не праздник.
Иван РЫБКИН:
— У меня сложное отношение к этой дате. С одной стороны, это очень большое событие, на съезде царила эйфория, но одновременно с ней было предчувствие чего-то нехорошего. И все вышло, как вышло.
У новой России должны были появиться новые праздники, и их учредили. Я не против. Хотя лично мне ближе другой новый праздник — День Конституции.
Я как жил, так и живу в гуще народной и вижу, что день 12 июня праздником для людей так и не стал. Это просто обычный выходной. Для наших сограждан праздники — это Новый год, День Победы, Рождество, Пасха... Праздники ислама... Но День независимости России — ни то, ни се.
— Кто был главным инициатором принятия декларации о суверенитете России?
Иван РЫБКИН:
— Народ. На митингах в Москве собиралось до миллиона человек, которые решительно требовали преобразований. Перед съездом лишь пятая часть была готова избрать Ельцина председателем Верховного совета. Но когда он стал продвигать идею принятия декларации — он выиграл выборы. Настолько эта тема была назревшей. Декларацию написали юристы демократической части депутатов съезда и сами депутаты: Сергей Шахрай, Галина Старовойтова и другие. А поддержало ее и коммунистическое большинство.
Сергей БАБУРИН:
— На выборах депутатов миллионы людей требовали от нас дать ответ на тот парад деклараций, который начался в Прибалтике. Они настаивали на том, что Россия должна подчеркнуть: она готова адекватно отвечать на выпады других союзных республик. Проекты этой декларации шли от разных политических направлений, но они носили форму депутатского наказа. Я не знаю политических сил в РСФСР, которые выступали против декларации о государственном суверенитете.
— Если бы сейчас можно было вернуться в 12 июня 1990 года, вы вновь проголосовали бы за декларацию?
Иван РЫБКИН:
— Я бы проголосовал точно так же. Я выражал настроения народа. Даже Горбачев как-то сказал: «Если бы мы перестройку не начали, то народ сам бы все сделал». Потому что жителей России и ряда других республик уже очень многое не устраивало и в политике, и в экономике. Если бы мы поступили иначе, то события могли пойти по гораздо более разрушительному сценарию.
Сергей БАБУРИН:
— Если бы удалось вернуться в 1990 год, то я думаю, что с учетом горького опыта нам со многими друзьями удалось бы избавиться от двух главных фальсификаторов декларации о суверенитете России: Горбачева и Ельцина. Одного надо было отстранять от власти, а второго — не допускать к ней. Зная будущее, мы бы вели себя по-другому и не дали разрушить Советский Союз. Мы вкладывали в декларацию о суверенитете принципиально другое содержание, а эти два вождя в борьбе друг с другом его извратили.
Мы на том съезде не говорили о том, что хватит кормить Кавказ или Среднюю Азию, а просто пытались укрепить позиции России, как стержня страны, в переговорах с другими республиками о новом формате союзного договора.
Михаил Зубов
Источник: mk.ru  
------------------------------------------------- 
АКТУАЛЬНЫЙ  АРХИВ – 1995 г.   
В  ожидании  покаяния…
    …В преддверии третьего тысячелетия потрясённое человечество (в особенности элементарно-честная обществоведческая наука и публицистика) неожиданно обнаружили – развалилось Огромное Государство, но… сохранились карьеры. Причем те самые, вся натуральная суть которых в том-то и состояла, чтобы государство это, даже ценой собственной жизни, не смотря ни на что, защищать!
     В чём же дело?  А в том, что  один и тот же  ПАРТКОМ, - что до 1991 года, что после, - держит Государство в своих… вожделённых мечтах.  В итоге «партком» и «парторги» формально разошлись друг с другом, «как в море корабли».  Но поскольку «парторг без парткома», (по справедливому замечанию В.С.Черномырдина), сам по себе, всегда ощущает себя «ничем», то он инстинктивно и рождает ЕГО,(чтобы ни делал и ни предпринимал!),  всегда и везде.  В итоге, по жизни, мы с вами и имеем:
-         Партком… без парторга;
-         парторгов…  вместо и «против» Парткома;
-         «партийную идеологию»  без партийного секретариата;
-         партийную прессу… без «парткомовского»  руководства;
-         «партийный резерв»… без Отдела Кадров, призванного  его воспитывать, формировать и «распределять»…
Всё это положение вещей – нигде и никем не «зарегистрировано».
Однако, всё это скреплено неистребимым народным «инстинктом ожидания», что вот-вот, «вечно-партийное» Начальство, перестанет, наконец-то, опасно и непонятно, с народом… «чудить». 
     Интересно, но «кадры» -то эти с народом вполне согласны – и самим уж все эти чудачества надоели (!) – но, «партком восстановленный»  неизменно у них «чудным» и получается, а именно: то Страна… без Белорусси;  то Народ… без прироста населения; то «гражданское общество»… без детей; то дети – без Детства; то демократия… без Государства; то «официальная» КПРФ… без истории КПСС; то «печатный станок»… без присмотра; то «ошибки в реформах»… без исправления; а то и личные БИОГРАФИИ… БЕЗ ПОКАЯНИЯ.
     В интересующем же нас с вами случае, мы обнаруживаем элитных партийных журналистов, что обслуживали эту «партийную молотилку» как до 1991 года, так обслуживают её и сейчас.  Даже «пережив» (не «в теории», как по штату им полагалось, а наяву), беспрецедентную государственную катастрофу, они так ничего не поняли и ничему не научились.  А именно: с апломбом древнего «Мюстагога» , пред ликом замороченнного народа, предоставляют  Своё Лицо, то «безлюдному парткому», то «беспартийным парторгам», то «новобранцам КПРФ», вечно жаждущим пребывать на плаву.
     Об одном из них сайт «ПОЛИТУЧЁБА» однажды уже рассказал (см. «Лучше по-хорошему, хлопайте в ладоши», ЭХО ДНЯ, 25 января 2002 года, и «Уместна ли здесь ирония?»,  ЭХО ДНЯ, 15 марта 2002 г. Автор - С.Рябов, собкорр «Правды» со второй половины 80-х годов).  Сегодня – отнюдь не запоздалый, рассказ о его коллеге из «Правды» комсомольской. И все - из тех же самых мест и тех же самых времен…  Ибо оба они - «культовые фигуры» всей журналистики Среднего Урала. Как неформальной, так и официозной. Как партийной, так и не партийной.  Как «молодежной», так и заслуженной!
     ---------------------------------------------------------------                                                                                   В редакцию газеты
                                                                                     «ЕКАТЕРИНБУРГСКАЯ  НЕДЕЛЯ».
                                                       Уважаемая  редакция!
     С любопытством наблюдаю за вашей газетой. Кого тут только ни встретишь! И, главное, «знакомые всё лица»…
     Вот прочел статью В.САНАТИНА «Весёлые старты президентского забега».  С Владимиром Санатиным у меня старые читательские отношения. И знаете, какие? Как прочитаю его «проблемную» статью, так сяду сиднем и сижу, сижу…  Всё думаю, думаю: чего же, это он, написал?  И что, сие написанное, означает? И как жить-то теперь мне, читателю, то есть…  Ведь, Санатин-то, не абы какой журналист, а местная знаменитость!
     Иногда аж до раздражения доходит, грешить на него начинаю, ибо предположения возникают: а может он и сам толком-то не знает, что же такое нам, читателям, доверчивым и простосердечным, понаписал?
     А в другой раз опять на Санатина наткнёшься в местной газете, а у него там про лещей, язей, ершей и прочее такое. Да как написано!  Я и сам в детстве рыбалку страстно любил – с раннего утра до позднего вечера просиживал на берегу. Так что поэзия поплавка мне вполне понятна и знакома. Тут-то, когда Санатина читаешь, то сразу видишь:  ну, знает же человек, о чем пишет!  Дело это любит. Предметом владеет. Любовью и пониманием своим бескорыстно поделиться готов. Шедро-шедро поделиться может…
     И тут опять у меня от сердца отойдёт. Вновь к Санатину Володе милею ласкою людскою. Простить ему готов все прежние «публицистические» опусы его, «мировоззренческие» наставления и «политологические» прогнозы.
     Так-то, вот, и живём с ним. От раздражения – к читательской любви, и обратно.
     А сейчас, вот, порассуждать хочу. Прямо у вас на глазах: то ли это я отсебятину нести стану, то ли автор ваш тому виной.  Посмотрите – подскажете.
     Вот и в этой новой статье на тему предстоящих выборов…   Ну и что в итоге! – позвольте мне снова, у автора вашего, спросить. Как она написана?  А написана она тоном весьма и весьма компетентного человека.  Это - несомненно. Вот «берёт» Санатин Жириновского  «за горло» и, в итоге, рождает для электората его, следующее поучение: «Восток – дело тонкое!»   Помни де, Петруха…
     А что, не так разве?  Так, конечно…  И апломб, с которым автор изрекает нам эту истину, заставляет неизбежно предположить «НЕЧТО», а именно:  кто знаком с истиной  э т о й, тот, конечно же, знает и истину  к а к   т а к о в у ю.  Вот почему наш доверчивый уральский избиратель вправе спросить нашего автора: «А что, Россия, разве, это – не тонкое дело?»  Можно, конечно, и не спрашивать Санатина, имея в виду, что вопрос излишен, ибо он, конечно же, знает, что раз Восток дело тонкое, то уж Россия-то, не менее того тонка, хрупка и прозрачна.  Всё это, конечно, само собой разумеется, для взаимно доверчивых людей.
     Ну, а я окажусь педантом и «занудой», дабы у В.Санатина спросить:  так с Востоком-то всё ясно, а с Россией-то как?
     …В поисках ответа вновь и вновь вглядываюсь в текст его статьи и…   увы!  Не обнаруживаю на сей счёт ровным счетом ни-че-го. Зато, в самом её конце, нахожу предупреждение автора «господам кандидатам».  И сделано оно таким тоном, что опять уверенность возникает: знает наш журналист, достоверно знает, что и как делать надо. Знает, что нужно России, видит острые углы и ухабы на её историческом пути.  И острие его золотого пера бдительно следит за всякими разными «кандидатами», которые расшалились, словно дети, и всё норовят не слушаться «старших», которые и опытом побогаче, и умом покрепче и «должностью покруче»…  Ну, ничего. Пусть побалуются, пока что. Шишек если и набьют себе, то всё пойдёт на пользу.  Володя Санатин им потом скажет: «Ну, что же, вы, шалопаи? Говорил ведь вам, где ходить надо. А вы, опять, не послушались. Ничего, шишек набили – поумнеете. И всё до свадьбы заживёт.  Вот, только, пожара в доме не наделайте. А именно: «постарайтесь избежать финала, в котором чистосердечное веселье избирателя может смениться весельем трагическим и даже жутким!»
     Словом, опять старая картина наших с Володей отношений:  многозначительные намёки его на свою исключительную, в делах Родины, компетентность в сердце моём рождают сладкую надежду;  надежду эту я срочно спешу «отоварить» у него же. Но, в обмен на «надежду», уже обещанную, он, тут же, с гримасой бывалого «аксакала», выдаёт очередной намёк на будущие ясность и понимание смысла вещей, людей, идей и событий…
          Ну, прямо как в реформе, по Чубайсу: в обмен на советское гражданство – ваучер; в обмен на ваучер – деньги; в обмен на деньги – акции; в обмен на акции – «новые акции» и так долее, вплоть до бутылки водки или килограмма колбасы.
          …Вижу реакцию редакции вашей, когда один из вас держит это письмо в руках и по-володиному, пожимает плечами, поводит подбородком  и эдак руками делает. Дескать, ну что тут говорить, видите, как написано?  Ясно, «кто» пишет…  А остальные в это время, дружно так, головами кивают. Мол, ясно, ясно!  Что тут рассусоливать?  Закругляйся скорее.  Надо Страхова с Росселем  «освящать», а не ерундой приблудных читателей заниматься…
     И, может, один какой, ну прямо «замухрышка» редакционный, которого меньше всего уважать и слушать принято, возьмёт да и ляпнет: «Это верно, большие дела нас ожидают, большие люди… А ответить читателю-то нашему, по существу вопроса, надо».
     Все заволнуются, заволнуются, а самый авторитетный из вас раздраженно и риторически воскликнет: Да что ему надо-то от Володи нашего?!  Чай и сам не знает, что ему надо!
     На этот случай облегчу вам задачу.  Давайте попробуем вместе порассуждать.
     …Итак, Володя Санатин сегодня веско и солидно «не одобряет» (см. его статью).  Ну, и правильно делает. Я не одобряю «сегодня» тоже. Вот, только, одно воспоминанице мне покоя не дает.  Помнится, что Санатин был соб.корром.  «Комсомольской правды». В ещё совсем  иные, недавние времена.  Тогда у этого «аксакала» всего Среднего Урала было всё, «что нужно»: и машина, и квартира, и оргтехника и гонорары солидные, и влияние на друзей-журналистов местных весьма отменное. А самое главное, он мог «заломать» любого бонзу местного, что делает не «во благо» и живет «не так».
     Как показала недавно бывшая комсомольская журналистка  Светлана ШИПУНОВА (см. Гласность на крови. Сов.Россия, 30.03.95),  всевластная парто-кратия была сломлена дружной журналистской братией. Сломана как тростинка. Со всеми вытекающими последствиями сегодняшнего дня.  Выражаясь языком научным (а это – язык греческий!),  ПАРТО-КРАТИЯ сменилась на ДОКСА-КРАТИЮ. 
     Докса – это, по-гречески, «мнение» означает.  А мнения – это «случайные мысли». Помните, у Олега ГАЗМАНОВА: «Мои мысли – мои скакуны»?  Вот так и скачут мысли по газетам, волоча окровавленные тела людские по жизни нынешней.
     Что же получилось?  А на место дисциплинированного, но тупого партийного «дяди» из отдела печати и пропаганды пришел раскованный молодой человек с дипломом журфаку УрГУ, но без «Царя в голове».  Правда, как говорят деды-станичники, «Сучка не схочит – кобель не вскочит!»…
     А Володя Санатин-то, что ж?  А Володя, вместо того, чтобы сменить парто-кратию на СОФИО-КРАТИЮ (по-гречески, софия – мудрость), благополучно жируя на «Комсомолке», всем своим поведением, благословил к жизни и к победе бешеную «доксу», которая, как раз, и породила, всецело так нелюбимого им,  Жириновского.
     Опять вижу круглые глаза в вашей редакции.  Слышу: «Что за нелепость, да как такое можно от  п р о с т о г о  журналиста требовать, да как он мог?  Чушь какая!»
     Простите, друзья! Не хотите по-моему думать и рассуждать, так давайте от вашей же печки плясать будем.   Итак, возьмите журнал «Урал» № 4 за 1994 год. Найдите там книгу вашего коллеги. Это – испанская журналистка Пилар БОНЕТ.  И о чем же, это, она там говорит?
     Ах, о том, что СССР разрушил Свердловский обком КПСС?!
     Что их партийные мозги, при этом, обслуживал вдохновитель «Беловежского сговора»  Геннадий БУРБУЛИС?!
     Что он питомец философского факультета УрГУ. И любимец местной интеллигенции и местных партийных органов, которые идейно «заправлялись» из того же самого  факультета?!
     Что Гена грудью стал  (вместе с доцентской молодежью УрГУ и Горкома КПСС) на защиту « интернационализма» против страшного Монстра – «русского шовинизма» и с честью защитил родной Свердловск?!
     А теперь позовите-ка того (гипотетического) «редакционного придурка», что вам, вместо меня, мои вопросы задаёт, и в его присутствии, глядя Володе Санатину в глаза, зачитайте следующее: «Так что же, Володя, не нравится нам с тобой житуха-то сегодняшняя?  Значит, Гену Бурбулиса  на «Доску общенационального позора» будешь, как Архитектора этой «житухи», выставлять?  Нет?  Как же нет!  Раз времечко тебе не нравится, значит и Гена тоже. А ежели Гена Бурбулис тебе по душе, тогда и время это лихое – вполне по тебе будет. А как иначе?  Иначе, логически-то, никак нельзя!»
     Вообще-то, вопрос этот, тебе, Володя. Ещё тогда в 1989 году задать было надо.  Он и теперь тоже на совести твоей.
     Ты, вот, всё «аксакала» идейно-политического из себя строишь.  Мудреца, то есть. А Гена взял твоих журналистов в 1987-89 году и повел их под знаменем  «мудрости» (кандидат философских наук, ведь!), как Олег Газманов завещал: по рытвинам, да по ухабам, чтобы только ветер в ушах  «свиристел», да лихо на душе было.  Он и сегодня не скрывает этого и с гордостью говорит: равных мне, в содеянном, нет!  Прав Гена.  Он только, чудак, не понимает, что ежели бы Володя Санатин тогда, всей своей институциональной мощью, «навалился» на общественное сознание Среднего Урала, то, быть может, не псевдо-философ Гена из псевдо-философского факультета  пустые бы партийные мозги возглавлял, а настоящий философ, какой-нибудь.
     Что, что?  Где же таких мудрецов тогда искать было надобно?  А это - проще простого. Посмотрите на тех самых партийно-университетских бонз, которые Гену-то, по всем кадровым правилам парткома, взлелеяли…  Так вот, кого они же, в это самое время, давили, преследовали, оклеветывали, - те, стало быть, замена «генина» и была. Предмет их «партийно-генетической» фальсификации, стало быть…  Методом «от противного» рассуждай!
     Я что-то, не помню, чтобы «мэтр Санатин» искал таких людей (по долгу службы, кстати сказать!)  и заступался бы за них. 
     Что, что?  Кто же, все-таки, они! Не понятно?    М-м-да… Ну, это можно, в крайнем случае, например у Светланы ЩЕКИНОЙ поспрашать.  Она-то не может об это не знать. В самом «пекле» кадровом была.
     А вот Володя Санатин-то, весь этот обман народа и благословил, а именно: спокойненько пропустил, когда Гену… за «народного поводыря» настырно выдавали.  Значит, Володя САНАТИН – крестный отец Гены Бурбулиса и есть… И  ОТВЕТСТВЕННОСТЬ  теперь  О Б Щ А Я  лежит  Н А   Н И Х!
     А Жириновский…  Это так, для прикрытия собственного «блудилища» в журналистике от глаз доверчивой публики.  Он, ведь, «технологические отходы» их совместной кооперации и сотрудничества.  Вторичный продукт.  Продукт того фактического институционального сотрудничества, которое у В.Санатина с Г.Бурбулисом  в 1987 – 1989 г.г.  начиналось и, как видно, по существу, продолжается до сих пор.
                              С искренним уважением к журналистскому труду,
                                                          Алексей КАЗАКОВ, 
                                           член рабочего философского клуба
                                                        им. Иосифа ДИЦГЕНА.
                                                              15 июля  1995 г.
                                                             г. Екатеринбург.

ПОСТ. СКРИПТУМ.    В наше докса-кратическое время (т.е. время общественного плюрализма и личной безответственности) возможно всё, что угодно.  Вполне возможно, что и В. Санатин займёт позицию, как в том журнале «Крокодил»: Я – не я, и Чомбе и бомбы не мои!
     Что ж, тогда все рыбы в водоёмах Среднего Урала откроют рты и… возопиют.  А души карасей, что В. Санатин поглотил в сметане, словно эринии, ринутся на него, дабы покарать Большого Журналиста за… его маленькую-маленькую совесть!

Комментариев нет:

Отправить комментарий